Мы долго раздумывали, выбирали, анализируя и обсуждая, в каких городах и штатах побывать в течение месяца. В предложенном нам проекте поездки было запланировано посещение некоторых крупных производственных центров, таких как Чикаго. Посовещавшись, мы решили, что посещать города, подобные Чикаго и Детройту, где сосредоточены известные передовые производства, не стоит. Причина тому одна: во время подобных визитов можно лишь понаблюдать со стороны за безмолвными рабочими, стоящими в цехах у «немых» станков и агрегатов, а побеседовать с кем–то, обсудить что-то в производственной обстановке просто невозможно. Куда лучше побывать в тех коллективах, в тех хозяйствах и центрах, где во время каждой встречи можно ознакомиться ближе и пообщаться, обменяться перекрестными мнениями, лучше узнать друг друга. Помимо знакомства с такими городами Соединенных Штатов, как Нью–Йорк, Вашингтон и Бостон, мы договорились отправиться на другое, дальнее побережье этого обширного по своей географии государства, то есть на берег Тихого океана, чтобы увидеть хотя бы краешек такого знаменитого региона, как Калифорния. А затем наметили посетить один из штатов, считавшихся прежде царством пустынь, поскольку именно там располагаются теперь так называемые резервации – постоянные места проживания коренных жителей Америки индейцев. Таким образом, в течение месяца, если перечислять увиденные города и регионы по очереди, мы вслед за Нью–Йорком побывали в Вашингтоне, затем в Калифорнии, в частности в Лос–Анджелесе и графстве Фресно, далее в административном центре штата Аризона городе Фениксе; на обратном пути снова заехали в Вашингтон, потом провели несколько дней в Бостоне, а в завершение вернулись в Нью–Йорк и на следующий день, вылетев из вышеупомянутого аэропорта Айдлуайлд, оставили позади Америку и взяли курс в сторону европейского побережья.
Пока что я очень коротко, только пунктирно упомянул географию нашей поездки. Ну а теперь приступлю к подробному рассказу о том, где мы побывали, что увидели, зачем и с кем встречались, о чем слышали, что обсуждали, а также о том, какие из всего этого вынесли впечатления, что поняли и усвоили. А начнем мы прежде всего с того, что увидели, услышали и почувствовали в Вашингтоне.
Одна из специально организованных встреч в американской столице началась с привычной пресс–конференции. На нее пришли около пятнадцати журналистов вашингтонских газет, которые хотели пообщаться с нами. Эта пресс–конференция не была ориентирована на какие-то сложные, широкие или же глубинные проблемы литературного процесса, о чем можно судить по опубликованным впоследствии в прессе итоговым сообщениям, а также по смыслу и содержанию всех прозвучавших вопросов и ответов. Вместе с тем можно сказать, что в вопросах американских журналистов, адресованных представителям советской литературы, не ощущалось какого-то предвзятого, враждебного настроя, если не считать отдельных, единичных случаев.
Что же касается непосредственно советской литературы, здесь интересовались лишь положением нескольких писателей, о которых общественность Америки особенно много шумит в последние годы.