Анисе некуда смотреть кроме монитора и стен. Шторы в кабинете опущены, чтобы экран не отсвечивал, и пациенты не переживали, что кто–то может заглянуть. Странное правило клиники, кто может заглянуть в окно второго этажа? Пролетающий супергерой?
Отец пришёл без десяти три, по–стариковски грузно уселся в кресло у кабинета. Она ещё не видела его, но уже знала, что это он. Его визит – случайность? Или он знает, что пришёл к дочери? Ожидая заключение около неё сидела пациентка, слава небесам, её случай – стандартный, Аниса много раз описывала подобные. Но её пальцы еле заметно подрагивали, когда она взяла напечатанное заключение из принтера и передала пациентке, которая получив его принялась читать, шепча губами. Что–то спросила, Аниса ответила ей заученной фразой: если вас это беспокоит, обратитесь к терапевту. Наконец она вышла из кабинета.
Почти сразу дверь открылась вновь, на пороге кабинета Анисы появился грузный мужчина с седыми волосами. Она не видела ясно черт его лица, но узнала по шагам, манере держаться и взгляду, который он направил на неё. Неловкость охватила её, она как будто стала подростком, какой встречалась с отцом в кафе, когда он съехал от них, и как тогда не знала, что сказать, куда деть руки, в какой момент нужно слушать, а в какой говорить. Помолчали. Со времени их последней встречи он поправился и опустил плечи, стал совсем седым.
Минута тишины показалась вечностью, никто не кинулся в объятия, никто не протянул руки. Отец сказал:
– Саламалейкум, жаным. Пришёл к тебе как к специалисту.
– Ва-алейкум ас-салям, что-то случилось, папа?
Отец задышал громко, звуки его дыхания долетели до дальнего угла кабинета. Анисе показалось, что он сейчас заплачет, но вместо этого он произнёс ровным голосом:
– Сказали, у меня опухоль в желудке, нужно операцию делать.
Аниса встала со своего рабочего кресла и шагнула к нему:
– Это нужно эндоскопом смотреть, я не смогу.
– Уже смотрели, в верхней части нашли и сразу на операцию. Как так, не понимаю. Никакого лечения не назначили, сразу – резать. Не верю я им, ты посмотри, дочка, скажи, что мне делать?
– Есть результаты обследования?
Отец замешкался, потёр руки, и шагнул обратно в коридор, открыл дверь и сказал кому–то:
– Дай бумаги.
Из коридора донеслось шуршание, шаги, и в кабинет вошла высокая немолодая женщина. Анису обожгло – разлучница, к которой ушёл отец. Так и прожил с ней все эти годы, откуда–то узнал, что Аниса – врач, и в трудную минуту вспомнил о дочери. Аниса свела брови, отчего на переносице у неё показались две вертикальные морщины.
Женщина поздоровалась и достала документы из чёрного пакета. Аниса просмотрела их бегло, нашла результаты обследования, положительный анализ на гистологию, заключение хирурга.
Она много раз представляла встречу с отцом, хотя старалась не думать о нём, но ждала его на выпускном из школы, вручении диплома в академии и даже немного на свадьбу. Его равнодушие к ней, к сестре и к маме приносило ей боль. Когда-то давно она мечтала, чтобы он заболел, его женщина покинула его, и он вернулся к маме с покаянием. И вот он стоял перед ней, волнуясь, заглядывал с надеждой в глаза. Почти как она хотела, но за его плечом топталась его женщина.