В 1965 году Раевский поучаствует в создании Музея по истории хирургии. Так, в 1966-м он дважды выезжал в командировки, чтобы собрать материал для составления «Очерков по истории хирургии в Казахстане» и сбора материалов для музея. В июне – в Ленинград, в августе – в Караганду. В Ленинграде, кроме огромной кропотливой работы по изучению дореволюционных источников развития хирургии в Казахстане, он деятельно занимается пушкиноведческими исследованиями.
Из переписки с Тамарой Милютиной: «IX. 1967. …Своим месячным пребыванием в Ленинграде я доволен, но только с деловой стороны. Собрал довольно много материала для «Очерков по истории хирургии в Казахстане», которые я, считается, редактирую, а фактически сильно дополняю и перерабатываю, так как товарищи, главные хирурги областей, несомненно, хорошо оперируют, но, к сожалению, за малыми исключениями, очень плохо пишут и, кроме того, имеют очень слабое представление о дореволюционном состоянии отечественной медицины.
Большую вступительную статью мне было поручено написать самостоятельно. Собственно говоря, довольно необычное поручение, но к необычным поручениям я в жизни привык… Наряду со сбором исторических материалов я много работал в Пушкинском доме, так как готовлю расширенное и дополненное издание моей пушкинской книжки, которое, быть может, состоится. Благодаря ряду счастливых обстоятельств мне удалось получить немало новых, частично весьма интересных материалов, в том числе неизвестный портрет Долли Фикельмон того времени, когда она встретилась с Пушкиным в 1833 году».
Николай Раевский вложит весомый вклад не только в создание музея, но и «Очерков…», где он выступает как автор и редактор раздела «Народная медицина Казахстана», основываясь на личных воспоминаниях Уразакова.
«По Казахстану самая полная сводка за дореволюционный период составлена Гребенщиковым, где приводятся 182 работы. Среди них несколько статей на казахском языке, напечатанных арабским шрифтом», – отметит Раевский.
Он подробно опишет применяемые в дореволюционном Казахстане методы лечения, медикаменты растительного и животного происхождения, а также известные некогда народные методы хирургического вмешательства и приведет характеристики различных категорий врачевателей.
За годы работы Раевского в институте значительно расширится справочный аппарат библиотеки, какое–то время он исполнял обязанности заведующего музеем.
В 1976 году в возрасте 82 лет Николай Раевский оставит институт. Только вот о спокойной пенсии он и не думал. Впереди его будут ждать 12 лет жизни, полные исследований, плодотворной литературоведческой и творческой работы.
Раевский и Пушкин
Рассказ прабабушки о встрече с Пушкиным, сказанные юному Николаю, повлияли на его творчество. Раевский не просто ценил поэта, но и посвятил творческую сторону жизни Пушкину.
«Не повезло нашему поколению – все время история, а для биографии нет места. Предлагаю новый лозунг: довольно истории, дать биографию!» – написал Раевский в одном из дневников в сентябре 1939 года.
И Николай Раевский станет одним из ведущих пушкиноведов и биографов Пушкина и явит миру свою биографию. Любопытно, что его судьба была столь же необычной, подчас трагичной, иногда удивительной. Переехав в Казахстан, Николай Алексеевич наконец получает возможность пользоваться обширными пушкинскими фондами богатейших алматинских библиотек, он погружается в работу над своей книгой об Александре Пушкине «Если заговорят портреты». Он занимается тем, о чем мечтал долгие годы и чем был увлечен с молодости. Повесть в сокращении опубликует журнал «Простор». Позже полная версия первой книги Николая Раевского выйдет в издательстве «Жазушы» в 1965 году. Закончив ее, Раевский сразу приступит к новой рукописи. Десять лет он работает над книгой «Портреты заговорили», которая возымеет колоссальный успех у широкой читательской аудитории – в Казахстане книга будет переиздана шесть раз общим тиражом около двух миллионов экземпляров.