Речитатив Исы Байзакова, что и является казахским желдірме, включал в себя не только приветствие гостя, но и повествование о том, чего достиг Казахстан за последние годы.
– Виртуоз, виртуоз! – восклицал Джерманетто, иногда переспрашивая у Мухтара Ауэзова непонятные казахские слова. – Я такого исполнения и такой импровизации никогда не слышал в Европе. Может быть, когда-то и у нас в Италии были такие кудесники-менестрели. Это все как луч из прекрасного прошлого!
– Мухтар-аға! Я не просто певец, не просто исполнитель! – воскликнул Иса-акын, входя в роль. – Я акын-импровизатор! Передай это, пожалуйста, гостю.
А затем сам, обращаясь к гостю, по-русски сказал:
– Товарищ Джерманетто, заказ давай! На любую тему!
Гость из Италии был восхищен виртуозным выступлением акына Исы, который находился в центре внимания публики. Джерманетто и сам был вовлечен в этот карнавал чувств, ибо за этим была сама синкретичность[1] творческого действа.
У всех тогда был на слуху подвиг летчицы Марины Расковой[2]. И Джерманетто, как бы невзначай через переводчицу и Мухтара Ауэзова, дал заказ на импровиз-песню о подвиге Расковой и ее летчиц-подруг.
Иса-акын, несколько секунд перебирая струны домбры, запел, начав с самой высокой ноты, наполняя пространство своим звонким голосом, своими только что рожденными поэтическими строфами.
Джерманетто был растроган такой гениальной импровизацией акына Исы: «Благодарю от всего сердца, благодарю от всего итальянского народа!»
Так была рождена одна из поэм Исы Байзакова – «Одиннадцать дней и ночей», посвященная подвигу Марины Расковой.
Аналогичный случай произошел в доме известного поэта Абдильды Тажибаева.
Классик казахской поэзии Абдильда-аға вспоминал, как когда-то он по поводу рождения сына пригласил Мухтара Ауэзова, Курманбека Жандарбекова, известного кинорежиссера Григория Рошаля и его супругу Веру Строеву, литературоведа Виктора Шкловского – все они были в эвакуации и жили в Алма-Ате. Был среди гостей и Иса-акын.
Узнав об импровизаторском таланте Исы Байзакова, Вера Павловна Строева, режиссер театра и кино, попросила представить образ Клеопатры. Великий акын Иса попросил пять минут для подготовки – и, оттолкнувшись от знаменитых «Египетских ночей» Александра Пушкина, воссоздал в своей импровизации казахским поэтическим слогом образы и Клеопатры, и Антония, и Юлия Цезаря…
Мне в свое время довелось работать в качестве режиссера над новой редакцией кинофильма «Крылья песни» по одноименному роману Николая Анова (режиссер-постановщик Азербайжан Мамбетов, художественный руководитель Шакен Айманов). Главный герой Муса Базанов в блестящем исполнении Ануарбека Молдабекова вобрал по замыслу создателей романа и фильма многие черты непревзойденного акына Исы Байзакова.
А что такое новая редакция фильма? Это в первую очередь новая звукозапись, необходимые досъемки и новое озвучание. И здесь воистину помог сам талант Исы Байзакова, его искрометное желдірме и соответствующий перевод на русский язык. Ученому и мэтру переводческой школы Александру Лазаревичу Жовтису, на мой взгляд, удалось попасть в ритм и интонацию стихотворной стихии акына, главного героя фильма.