Миссия
Итак, в «железном занавесе» была пробита брешь. Одним за другим Виталий Федорович полуподпольно выводил на международную арену своих коллег. Почему полуподпольно? Да потому, что посылки за рубеж не только не одобрялись в Советском Союзе, но и пресекались. «Ответственные товарищи» из Казсовпрофа несколько лет даже добивались, чтобы клуб ввел в свой устав пункт о запрете отправки фотографий на международные выставки.
Но в 1966 году в Болгарии проходят на Пловдивской выставке работы сразу трех алматинцев. А дальше пошло– поехало. В 1967 году во Франции работа Эльхома Сейдалина «Зал ожидания» награждается бронзовой медалью. В 1969 году в Италии серебряная медаль за цветной снимок «Пророк» достается Билькову, из Австралии серебро приходит Сейдалину за черно–белую «Зимнюю речку», а дипломом в Югославии начинается и мой наградной список.
В 1975 году в «Photographic Journal of PSA» – официальном издании фотографического общества Америки (PSA), объединяющего фотографов 162–х стран, был опубликован обзор состояния фотографии в Советском Союзе. Автор с определенной долей удивления отметил, что наряду с признанными центрами фотоискусства, такими, как Москва, Ленинград, Вильнюс, Рига и Таллинн на южной окраине «советской империи» взошла новая фотографическая звездочка – Алма–Ата.
Речь шла о мастерах клуба «Медео».
Очень труден и короток век выставочной фотографии. Как–то в российском журнале «Фото–видео» авторитетный искусствовед утверждал, что, если фотограф сделал хотя бы два выдающихся снимка, он не зря прожил жизнь. У Виталия Федоровича на международных выставках экспонировались более сотни. Некоторые по одному–два раза, а некоторые – по десять–двадцать. Таких у Билькова набирается с десяток: «Любопытство», «Дети», «Погоня», «Вечер», «Зимние бега», «На земле предков», «Вечерний звон», тот же «Пророк».
Первые четыре и вовсе рекордсмены – проходили на сорока–пятидесяти выставках. Недоброжелатели из зависти нудили, вот, мол, удалась одна работа, и гоняет ее по всем выставкам. На это только один ответ – будем и впредь посылать, и будет такая работа до тех пор пользоваться успехом у зрителей и членов жюри, пока кто–то не сделает лучше. За тридцать лет, а именно столько эти фотографии шествовали по выставкам, снять получше могли бы и сами злопыхатели, но вот что–то никто не сподобился.
Бесспорно, работы Билькова вошли в историю мирового фотоискусства. Сложнее с казахстанским фотоискусством, в упор не замечаемым ни правительством, ни чиновниками министерства культуры как советского, так и независимого Казахстана.
Если в Литве десяток фотомастеров отмечен Государственными премиями по фотоискусству и государственными наградами вплоть до ордена Гедиминаса, то в нашей республике в этом плане тишь, но не благодать.
А заслуги Виталия Федоровича перед Казахстаном неоспоримы. Не без его участия сотни людей, прошедших через фотоклуб «Медео», полюбили фотографию на всю жизнь. Пятеро закончили ВГИК и стали классными кинооператорами, обладателями «Ники», «Тэффи», «Серебряного медведя» и других кинематографических наград. Около пятидесяти фотолюбителей выросли до мастеров международного класса.