Горький запах степной полыни после дождя – это запах истины.
*
Дороги подобны цветам. Они не могут жить в контейнерных упаковках жестко действующих границ.
*
…Нам свойственна ограниченность летящей в цель стрелы, и это не так уж плохо. Да, мы ограничены, не лавируем, не умеем лукавить, мы летим как стрела, устремлены на поражение цели.
*
Наши горные сады и по весне страдают от снега. Даже в конце мая можно увидеть обугленные ветви деревьев. Но с каким–то потрясающим и воодушевляющим упорством из года в год, тысячу раз обманутая, тысячу раз морозами побитая природа продолжает свое дело. Деревья из года в год продолжают цвести. Человеку такое не дано. Но культура тождественна природе: несмотря ни на что, она делала, делает и будет делать свое дело в соответствии со своим призванием.
*
В полупустынных землях Западного Казахстана растет бұйырғын, трава не высокая, но кустистая, глубоко уходящая корнями в почву. Верблюды объедают эту траву, но она бессмертна. Свободолюбие казахского народа напоминает мне трава бұйырғын.
*
Поразительно, Хиросиму обнимают, через нее текут, протекают семь рек. А мы живем в Жетысу, в Семиречье. А еще есть Семипалатинск…
*
Свобода по природе своей легка и паряща.
*
Религия может вступать в альянс с политикой. В истории примеров тому множество. Не может, не должна этого делать культура.
*
На полигоне, во время взрыва атомной бомбы, земля закричала. Боль и беззащитность были в этом крике. Высокое голубое небо видело судороги земли, на ладонях ее – муравейник людей в военной и гражданской одежде. Слышало их разговор, его безысходность… Что-то меняется в отношении природы к человеку. Нужно думать и действовать. Пока не поздно.
*
Блистательные ораторы, виртуозы образов, метафор, парадоксов никогда не переводились в казахской среде. Но были и остаются провалы, выжженные полосы в биографии слова свободного.
*
Независимость – это состояние души, она живет во мне.
*
Предчувствие искусства точнее пророчеств и предвидений политиков.
*
Разница между устным словом и письменным такая же, как между Богом и Библией.
*
В феврале месяце 1990 года в Казахстане, после известных выборов в Верховный Совет СССР прошлого года, которые впервые в истории прошли на альтернативной основе, где проиграли многие партийные бонзы своим оппонентам–противникам из народа, у нас, в республике, прошли аналогичные выборы в Верховный Совет Казахстана – мажилис. Этим выборам предшествовала аналогичная подготовка. Одно место от казахских профсоюзов, КазСовПрофа, предполагалось дать представителю от культуры и литературы. Сестра известного журналиста Гадильбека Шалахметова Светлана Минашевна курировала в профсоюзах культуру. Она и позвонила в Союз писателей Казахстана, чтобы определить одного кандидата в депутаты от писательской организации.
Я тогда был при Олжасе, работал его помощником, а Мурат Ауэзов и Сатимжан Санбаев были в руководстве казахской Коллегии по переводам. Олжас поручил мне, чтобы в Коллегии определились с кандидатом, эту просьбу первого секретаря Правления СПК я и передал Мурату Мухтаровичу: