– Вот что значит воровать, нужно честно заработать свой кусок хлеба…, – прокомментировала фильм Данели.
– И грызть его, – невозмутимо продолжил Алмас, прикрыв густыми бровями черные, сияющие лукавинкой глаза.
Она рассмеялась неожиданной шутке. Его острый ум, несмотря на молодые годы, часто находил верные решения. Данели всегда советовалась с сыном. Как он воспринял переход к рынку? Как и все люди. Не думали, не понимали, что произошло в обществе. Только выживали, искали любую работу. Люди забыли о своих профессиях, степенях, массово шли на барахолку, чтобы заработать на кусок хлеба, становились челноками. Молодежь находилась в таком же положении, что и старшее поколение. В один момент закрылись все предприятия, их место заняли бары, рестораны, казино. Юноша не мог найти работу. То продавал книги, конфеты, то нанимался копать, ломать, разрушать, порою за бутылку растительного масла или «кобры». Его сверстники так же бедствовали. От безнадеги, беспросветного существования, ребята как-то выпили, собравшись в квартире одного из них. Но вместо этилового спирта торговка подсунула им метиловый. Она тоже выживала. Вся компания отравилась насмерть. Горю ее не было предела. Она лишилась единственной опоры в жизни. На всю жизнь ей запомнилась страшная картина, как с родственниками она забирала тело сына из морга. Она вошла с двоюродной сестрой в мрачную бетонную комнату. На столах лежали тела, накрытые простынями. Работник морга, пожилой мужчина, молча указал на крайний стол. На нем лежало длинное тело, закутанное в белый материал. Голова была укутана до бровей в белый плат. Она не могла узнать сына. И только густые сросшиеся брови, длинные ресницы на закрытых глазах, крупная родинка на правой щеке, подсказали ей, что это ее дитя. В таких же белых пеленках и таком же белом платочке на голове с черными лупающими глазками принесли ей его в палату, когда он родился. Это воспоминание чуть не лишило ее чувств. Она вцепилась в руку сестры и горько зарыдала. Она тосковала и плакала ночами. Сестра отказалась пожить с ней хотя бы несколько дней. Чтобы окончательно не потерять головы, через семь дней она вышла на работу. Среди людей, казалось ей, она быстрее справится с горем. Через два месяца она узнала, что у коллеги сын надел пальто друга длинное, кашемировое, черное и его убили, приняв за хозяина этой одежды – бизнесмена. У другой сотрудницы сын в короткое время стал наркоманом и умер от передозировки. У подруги дочь, не выдержав увольнения с работы, заболела психически, тупо сидела в своей комнате и смотрела в одну точку. Газеты пестрили новостями о преступлениях, убийствах, самоубийствах, как молодых, так и взрослых людей. Наверное, не было семьи, в которой не было бы горя.
Еще одной жертвой перехода к рыночной экономике стал Саша, сын Светланы, ее коллеги–учительницы по прежней работе. Он учился и работал, сам оплачивал свою учебу в колледже. Как-то вечером гуляли с друзьями. Затем он по настоянию приятелей сел в машину, хотя до дома можно было добраться пешком. Они ехали по улице Мате Залка, как вдруг им навстречу вылетел джип с ватагой одурманенных наркотиками парней. Джип врезался в их машину. Дверца машины, в которой находился Саша резко открылась, и он выпал на асфальт. Удар был так силен, что парень мгновенно скончался. Горю Светланы не было предела. Кроме Саши, у нее еще была дочь, которая бросила вуз на последнем курсе и вышла замуж. Собиралась с мужем уехать в Россию.