Ерулан КАНАПЬЯНОВ. Старшая сестра. К 100–летию Манары Турсуновой

Манара ТУРСУНОВА

16 января 1925 г. – 15 июля 2020 г.

СТАРШАЯ СЕСТРА

К 100–летию Манары Турсуновой

15 июля 2020 года в возрасте 95 лет ушла из жизни Манара–апа Абдраимова–Турсунова. Я ее всегда называл тетей Манарой, хотя жизненная история ее и всей нашей семьи позволяла нам называть эту женщину старшей сестрой.

В начале 30–х годов прошлого века она и ее сестренка Мадис жили со своими родителями в Петропавловске. Как мне рассказывала сама Манара–апа, она смутно помнила, что у них был большой двухэтажный дом. А на стенах в доме вдоль лестницы, ведущей на второй этаж, висели красивые картины. Родителей она тоже плохо помнила. Но одно событие навсегда врезалось в ее детскую память. Это произошло в 1934 или 1935 году, ей было восемь лет, а сестренке пять. Был летний день. Они играли вдвоем у какой-то маленькой речки или ручья и, как обычно, к обеду вернулись домой. Войдя в дом, они увидели, что все вещи, книги из шкафов валяются на полу, все картины сорваны с петель и со сломанными рамами лежат вдоль стен. Для маленькой Манары это было потрясением. Вот почему это запечатлелось в ее памяти на всю жизнь.

Потом, как вспоминала она, пришла какая-то незнакомая женщина в кожаной куртке и отвела их в детдом.

О том, что произошло в их доме, остается только догадываться. Судя по всему, пришли арестовывать отца либо обоих родителей и был произведен обыск. А обыск, вероятно, представлял из себя самый настоящий разбой. В НКВД тогда наряду с изуверами в командном составе в рядовые набирали вчерашних голодранцев, шпану, которые, получив в руки винтовку или наган, усердствовали и при обысках, и на допросах…

С того самого дня эти две маленькие красивые девочки своих родителей больше никогда не видели.

Как проходило их пребывание в детдоме Петропавловска, Манара–апа, во всяком случае при мне, не вспоминала. Наверное, не хотела вспоминать. Попав туда, она только помнила имя отца и осознавала, что теперь ей нужно заботиться и защищать сестренку…

Прошло пять лет. В 1941 году мой отец Мусахан Канапьянов окончил Омский педагогический институт и начал работать преподавателем истории в Сырымбетской средней школе в Кокшетауской области. Так как своего жилья пока не было, он снимал комнату в большом доме у местного старожила. В этот же период он познакомился и начал общаться с Куляш Тлеулиной – молодой учительницей математики, которая в том же году окончила школу с отличием, и ее оставили там же преподавать, так как педагогических кадров не хватало. Забегая вперед, скажу, что это была наша будущая мама.

В доме, где поселился отец, помимо других домочадцев, жила девочка лет двенадцати, которая была совсем не похожа на хозяев дома. Мусахан думал сначала, что это их младшая дочь, но потом, видя, как к ней относятся и как с ней обращаются, он понял, что она неродная. Как–то раз вечером отец возвращался с работы домой и увидел в стороне от улицы, что эта девочка отчаянно и как–то умело дерется с тремя мальчишками, ее сверстниками.

При этом она обзывала их всякими ругательными словами. Мусахан ускорил шаг. Увидев приближающегося взрослого человека, мальчишки разбежались. Подойдя к девочке, отец увидел, что рядом с ней на земле стоят два ведра, наполненные водой. «Ты почему с ними дерешься?» – спросил он. Ее ответ был: «Они разливают мою воду. Из-за них я второй раз сходила к колодцу». Оказывается, озорники нашли себе забаву. Увидев девочку, несущую в руках два ведра воды, они подбегали и раскачивали ведра, тем самым разливая воду. «А где ты научилась таким плохим словам?» – снова спросил ее отец. Опустив глаза, она ответила: «В детдоме».