Месть господина Байара
Ипполит Байар служил клерком в министерстве финансов. Был на короткой ноге со многими деятелями искусства. Опытами с камерой–обскурой занялся в 1837 году. Не имея даже запаса знаний по химии и физике, являясь, как Ньепс и Дагер, самоучкой, тем не менее, добился значительных результатов. Он разработал уникальный фотографический процесс получения сразу непосредственно позитивного изображения на светочувствительной бумаге, пропитанной тем же самым азотнокислым серебром. Снимок получался в единственном экземпляре, его можно назвать бумажным дагеротипом. При чуть меньшей эффектности он обладал значительным преимуществом – не требовал вредного ртутного проявления.
Сообщение Араго подстегнуло Байара. Он спешно завершает опыты и 5 февраля 1839 года показывает свои снимки академику Сезару Депре, а в марте обращается к членам «дагеротипной комиссии» Араго и физику Жану Батисту Био. Но те прохладно относятся к появлению ещё одного претендента. На фоне зеркальных пластинок Дагера, снимки Байара больше походили на рисунки, и Араго уговаривает Байара повременить с сообщением о его изобретении, (оно будет сделано только 2 ноября 1839 года уже после триумфального чествования Дагера).
Байар обращается за поддержкой в Академию изящных искусств и 24 июня в рамках благотворительной церемонии в пользу жертв землетрясения на Мартинике показывает небольшую выставку из тридцати архитектурных видов и натюрмортов. Две газеты, сообщая о появлении иного, нежели у господина Дагера, способа, отмечали соблюдение «всех условий совершенства с точки зрения перспективной точности и живописных эффектов» и подчёркивали «богатую световую моделировку, так перекликающуюся с искусством прошлого».
Увы, Академия наук продолжала покровительствовать Дагеру.
Изобретение Ипполита Байара оставалось в тени. Только через два года Свободное общество изящных искусств отметило его заслуги медалью.
Обида Байара, в душе претендовавшего на звание изобретателя фотографии, нашла необычайный выход. 18 октября 1840 года он создаёт триптих «Автопортрет самоубийцы». Это три снимка одинаковой композиции, на которых он изобразил самого себя в позе утопленника. На обороте каждого находился поясняющий текст.
«Мертвое тело, которое вы видите на обороте, принадлежит господину Байару, изобретателю метода, чудесные результаты которого вы только что видели или сейчас увидите. Насколько мне известно, этот искусный и неутомимый исследователь посвятил усовершенствованию своего изобретения почти три года. Академия, король и все те, кто видел его рисунки, которые он сам находил несовершенными, восхищались ими, как восхищаетесь сейчас вы. Это прославило его, но не принесло ему ни гроша. Правительство, щедро наградившее г. Дагера, заявило, что не может ничем помочь господину Байару, и несчастный утопился. О непостоянство человеческой природы!..»
Нам остаётся только догадываться, кому предназначал эти снимки раздосадованный автор. Всю оставшуюся жизнь, а он умер в 1877 году, Байар посвятил фотографии, пользуясь негативно–позитивным методом. В истории создателей фотографии его имя занимает четвёртое место.
