Наверное, мало кто знает и о том, что в числе этих бойцов был и наш казахстанец – Каламбай Дуйсенов, уроженец села Мерке Жамбылской области. Он остался тогда жив и ушел из жизни значительно позже. Еще мы сняли фильм об освобождении Киева. Украину освобождали советские войска, воины разных национальностей.
– Среди которых было немало и казахов. Достаточно вспомнить генерала армии, Героя Советского Союза, Халық Қаһарманы № 1, первого министра обороны суверенного Казахстана Сагадата Кожахметовича Нурмагамбетова, которому много раз приходилось вступать в схватки с фашистами на Донецкой земле. Не случайно уже после войны он был удостоен звания «Почетный гражданин города Донецка». Но вернемся к фильмам…
– Особенно мне памятен фильм о блокаде Ленинграда и освобождении города. Там у нас состоялась встреча с женщиной, которая ребенком пережила блокаду. Ее рассказ настолько врезался в память, что я до сих пор помню все в мельчайших деталях.
Это был 1994 год, достаточно убогонькая ленинградская квартира. Женщина жила одна очень и очень скромно. Она нам рассказала, как во время блокады они жили в одной квартире с мамой, братом, бабушкой и дедушкой. Пять человек. Была очень холодная зима, и на ее глазах все постепенно умирали. Сначала умер дедушка, потом бабушка. Она говорит, что даже не помнит, хоронили их или они так и лежали в квартире. Потом умер братик, следом – мама.
– И я осталась одна, – рассказывала она. – На улице было тихо, в квартире очень холодно, окна заморожены, и я почему-то решила, что умерли все и никого в городе уже не осталось. Чтобы как–то согреться, я забралась повыше на шкаф, где, как мне казалось, было теплее, а от пола шел холод. Рядом на стене висела черная тарелка репродуктора, который давно уже молчал. И я так лежала одна и думала, что и я сейчас умру. Вдруг этот репродуктор «закашлял», и из него послышались слова: «Ленинградцы, дети мои! Ленинградцы, гордость моя!». Как я теперь знаю, это были стихи Джамбула. Но тогда я поняла: если работает радио, значит, в городе не все умерли. Я собралась с силами, сползла со шкафа и, не помню, как выползла на улицу. Там меня подобрали и увезли в тыл по Дороге жизни, – вспоминала она.
Вот я сейчас воспроизвожу вам ее рассказ без остановок, а она, когда говорила (мы снимали ее крупным планом), как только произнесла первые строки «Ленинградцы, дети мои!», замахала руками и закричала: «Не снимайте! Не надо!» Но я тихо сказал оператору, чтобы он не выключал камеру. Женщина не могла говорить, она плакала. И это все вошло в фильм. Это были потрясающие кадры!
У нас был фильм и о современной армии, он назывался «Внуки Победы», который мы делали вместе с Сережей Русаковым, он был автором сценария.
– Что еще можно вспомнить?
– Еще был фильм, связанный с деятелями культуры, – мы рассказывали о создании алматинского ТЮЗа.
Ездили в Москву, брали интервью у Наталии Ильиничны Сац. Помню, мы с Эдиком Джилкибаевым пришли к ней, она тогда была директором детского музыкального театра в Москве, Наталию Ильиничну стали гримировать для съемки. Гримером была девушка лет 20, а Сац в ту пору было уже за 80, и неожиданно для нас эта девчушка обратилась к ней просто по имени. Я ей: «Ты что! Это же Герой Труда, народная артистка Союза…». А та отвечает: «Когда я пришла работать к Наталии Ильиничне в театр, то она сразу сказала, что ее называть только по имени – Наташа. Ее у нас все так зовут». Очень интересный, эмоциональный рассказ Наталии Ильиничны стал основой нашего фильма.