Первое правило уличной драки: если тебя сбили с ног и бьют толпой – не будь неподвижным, постоянно вертись, крутись, не давай время и постоянного расстояния для замаха противникам. Закрыв голову руками и извиваясь, как земляной червяк, Дава слышал только детские матюги, да хэкания противников. Вдруг удары прекратились, и воздух вверху над ним наполнился другими звуками, напоминающие то ли вой, то ли рык собаки. Это Динго, только вышедший на улицу и спешащий на привычное место, безоговорочно влетел в драку.
Потом уже, когда, запечатав ссадины и кровоподтеки облизанными листьями подорожниками, спаситель протянул свою расцарапанную пятерню со словами: «Ладно, Дава, будем учиться. Только, чур, я буду к тебе приходить. Забились?».
Так было положено начало дружбы, которая имела положительный эффект для обоих.
Дава мог спокойно теперь ходить по району и близлежащим дворам, потому что все в округе знали, что Динго за него горой стоит.
Динго, приходя в квартиру к другу, первым делом с удовольствием уплетал обед, приготовленный впрок мамой Давы, а потом уже садился за домашнее задание. Мальчики вслух читали домашнюю литературу, разбирали математические задания, а еще больше пересказывали друг другу приключенческие фильмы, мечтая оба о путешествиях, о затонувших кораблях с несметными сокровищами.
Вскоре, Динго, как стоявшего на учете в детской комнате милиции, записали в детско–юношескую спортивную школу, на секцию бокса, чтобы отвадить от улицы. Была в Советском Союзе такая социальная практика перевоспитания трудных детей и подростков. И теперь он приходил к другу в перерывах между тренировками, но успеваемость все равно продолжала расти, потому что мальчик-то был смышлёный, схватывающий все на лету, а что был хулиганом, так это от безграничной энергии, от скуки и от отсутствия мужской руки в доме.
Чуть позже, с детской непосредственностью, он привлек и своего друга–куратора к тренировкам. И Дава послушно три раза в неделю ходил на тренировки, где учился наносить и держать удары.
Динго же, имея все природные данные и внутреннюю стойкость, все больше и больше отдавался большому спорту. Его полка в квартире неуклонно пополнялась медалями, кубками, грамотами уже с международных соревнований.
К выпускному классу Дава, по настоянию родителей, которые считали, что нужно готовиться к экзаменам в высшее учебное заведение, бросил бокс и погрузился в изучение предметов, необходимых для поступления на юриста, уже модную по тем перестроечным временам, профессию.
Их дружный класс, хмельно встречая рассвет у моря после выпускного бала, поклялся не прерывать своей школьной дружбы. Такое происходило только в советских школах и там, где классные руководители занимались помимо учебы еще и нравственным и культурным воспитанием подопечных, где обязательно присутствовали совместные походы на природу, посещение культурных мероприятий, поддержка друг друга, натаскивание по предметам в учебе.
Будущее всем казалось радужным и приветливым, как майское море.
Но уже грозно раскинули свои крылья девяностые годы, покрывая мрачной тенью многие надежды и мечты.