Мария СИГАЛОВСКАЯ
Да, я точно помню: были реки,
Были чайки, лодки, рыбаки.
Мачты одноногие калеки –
Белые накинули платки.
Я в воде стояла по колено,
Намочить одежды не боясь,
И смотрела, как речная пена
С валунов облизывает грязь.
А неподалёку на причале
Ждали пассажиров корабли.
Чайки чьи–то имена кричали.
Птицы приглашали – люди шли.
Но меня не приняли на судно:
Время не настало, говорят.
…Там, за миром спящих беспробудно,
Кто–то голосил: «Разряд! Разряд!»
Пчёлы
Уймись, пчелиный рой!
Я неподвластна страху,
Я не иду у чувств на поводу!
Я вовсе не герой
И голову на плаху
За счастье миллионов не кладу.
Но вот опять зело
Терзают пчёлы горло.
У истины жрецов один удел:
На голове гало,
А на душе так голо,
Что сам не знаешь, как доселе цел.
Так просто закричать
И выпустить наружу
Звенящий ком крылатых немезид!
Корить, изобличать,
Терзать чужую душу,
Пока вина свою не исказит.
Не различает лиц
Беснующийся улей.
Раскаянье для Бога береги.
Ведь жала медуниц
Разят свинцовой пулей
И тех, кто только пахнут, как враги.
Признаться, верю я
Всё меньше с каждым годом
В ту сказку, где в один заветный час
Пчелиная семья
Уже не ядом – мёдом
Наполнит – нет, не крик –
церковный глас…
…Я снова предпочту
Смолчать. И пусть укусы
Покроют тело с головы до пят.
Предать свою мечту
Способны только трусы.
Пчелиный яд полезен, говорят.
Про любовь
Нам кажется порой, огонь так жарок,
Что не даёт и глаз сомкнуть в ночи,
Но утром мы находим лишь огарок
Обычной парафиновой свечи.
Придумываем мерки, клеим бирку,
Чтоб чувства расклассировать зазря:
Любовь с буханку и любовь с просвирку,
Любовь до гроба и до алтаря,
Любовь – морковь, аморе – маракуйя…
Попробуй, взвесь все «против» или «за»!
А я хочу себе любовь такую:
Красивую, как мамины глаза,
Глубокую, как старенький колодец,
Куда течёт вода из родника,
Решительную, как канатоходец,
По радуге идущий в облака,
Заветную, как искренняя книжка,
Которую читала при свече,
Высокую, как баловень – мальчишка,
Рассевшийся на папином плече,
Чистейшую, как первый птичий голос,
Пронзающий предутренний покой,
И сильную, как сбитый градом колос,
Приподнятый заботливой рукой.
Встреча с прошлым
Я ожидала слезы солонее,
Речи отрывистей, взгляда честней.
Сердце должно было биться сильнее,
Так, чтоб подумали: «Что это с ней?»
Как же из рук ничего не упало?
Где же на лбу проступающий пот?
Что же неладно? Чего недостало?
Маски не те? Или возраст не тот?
Может, обсудим капризы погоды?
Выясним, чья же судьба тяжелей?
Брось, прямодушие вышло из моды –
В горле увязнет, как ложка в желе.
Сколько же лет мы не виделись? Девять?
Десять? Сто десять? Теряется счёт.
Может, судьба на нас снова оденет
Маски не те. …Или возраст не тот?
Как же не выдать своё безразличье?
Вскрикнуть? Нахмуриться?
Дёрнуть плечом?
Дни улетели, есть что–то в них птичье.
Это всё осень, а мы ни при чём.
Порознь смотрим, как падают листья,
Каждый – острожник в своей пустоте,
Ждать переставший любви, что амнистии.
Возраст не тот? Или маски не те?
Южный ветер
Лето, салочки, пломбир,
Солнце жарит.
Конопатый хулиган и задира
Говорил, что целый мир
Мне подарит…
И однажды подарил Атлас Мира.
Как впилась я с озорством
В параллели!
Как разглядывала меридианы!
Моим юным естеством
Завладели
Путешествия в далёкие страны.
1 2