Методология и новизна исследования заключаются в том, что он, в отличие от историков, опирается на шедевры мировой литературы и искусства. Если говорить о начальном периоде «восхождения» – это Библия («Ветхий завет» и «Новый завет»), «Одиссея» Гомера, «Эпос о Гильгамеше», Шекспир, Конфуций, Лао–Цзы и сонм других классических произведений, которые не единожды и с удовольствием им перечитаны и, думается, вновь осмыслены в меняющемся времени и пространстве, динамике и статистике цивилизационного процесса. На глубоком философском анализе этих произведений и антагонизме их героев (Гильгамеш и Энкиду, «в степи рожденный», «кто в степи рожден, велики его силы», Каин и Авель), Мурат Ауэзов раскрывает драматическое взаимодействие двух миров – оседлого и кочевого, земледелия и кочевья.
Завораживает уникальность исследования Ауэзова, заключающегося в его масштабности (2,5 тысячи лет) и его потрясающей глубине, базирующейся на энциклопедических знаниях, феноменальной эрудиции, оригинальности суждений, изложенных необыкновенно красивым языком. Невозможно охватить в одной статье все исследуемые эпохи – древнетюркская, караханидская, средневековье. Но «ядро, откуда все пошло» – это «та самая осевая эпоха», это появление конно–кочевой цивилизации, «судьба которой трагически завершилась в 30-е годы XX столетия». Трагедия и подтолкнула Ауэзова, по его словам, к поиску начала цивилизации кочевников.
Уверен, что образ и дух кочевника проник в глубину сердца Мурата Мухтаровича. Осмелюсь утверждать – рождение движения «Жас Тулпар», одним из основателей и лидеров которого он является, связано с кочевником.
«Осевую эпоху» также называют «эрой пророков», ибо, как пишет Ауэзов, «это время характерно появлением… большого количества пророков. Ни один историк или философ культуры не смог бы составить целостное представление о своем предмете, если бы упустил из виду события этого периода. Не случайно Карл Ясперс отводит ему роль «осевой эпохи» (800-2000 до н. э.)». К авторитетнейшим именам «осевой эпохи» он относит людей, ставших «символами мировых религий, больших, как материки, религиозно–философских систем» – «Конфуций и Лао–Цзы в Китае, Будда в Индии, Заратустра в Персии, палестинские пророки…».
Исторические факты со всей бесспорностью свидетельствуют, что для Китая середины первого тысячелетия до н. э. проблема кочевников стояла весьма остро. Убедительно красноречивым свидетельством является факт строительства на северных границах царств Цинь, Чжао и Янь «стены для обороны от набегов кочевых племен, ставшей впоследствии звеньями Великой китайской стены».
Наверное, закономерен тот факт, что эволюция развития на евразийском пространстве привела к появлению и становлению Великого шелкового пути, названного в свое время «Осью мира». «Кто владеет «Осью мира», тот владеет миром». Об этом много написано. Так, в начале XX века британский географ из Оксфордского университета Х. Дж. Маккиндер опубликовал статью «Географическая ось истории», в которой отмечалось: кто владеет этим «Осевым регионом» (от Сибири через Центральную Азию до Восточной Европы), тот станет мировой державой. Статья оказала огромное влияние на геополитическое мышление XX века. Поэтому современникам следует понять и усвоить – инициированный китайской стороной проект «Пояс – Путь» – это выстраивание доминанты над Шелковым путем. Такова реальность нашего времени, и об этом важно постоянно помнить. Чрезвычайную актуальность это приобретает в нынешних геополитических условиях, сопровождаемых вызовами и разломами в мировой архитектонике.